Последнее турне



загрузка...
|

По центральному проспекту города, невидимая и неощутимая, шла Смерть. Не глядя по сторонам, неспешно помахивала косой, скашивая одномоментно тысячи человек в разных точках планеты… Это большое искусство, между прочим, – так виртуозно управлять косой – невообразимым инструментом, выкованным до начала времен Несуществующим. Лезвие рассеивается в пространстве, нанося точечные удары по заданным целям… – большая сноровка нужна в управлении косой! Ну, бывают иногда, конечно, и промахи, как же без них, – когда под ударом оказывается кто-то, случайно оказавшийся рядом с жертвой, но это – крайне редко. За многие тысячи лет Смерть основательно набила руку.

Сегодня Смерть ошиблась несколько раз за день, чего за многие-многие годы ни разу не случалось. Все, близко знающие эту суровую личность в черном балахоне с капюшоном, только уже по этим промахам могли бы определить, что Смерть страшно, жутко, невообразимо рассержена. И ведь было чем!

Вторую неделю Смерть никак не могла найти Васю Полетайкина. Этот уникальный индивидуум настолько точно оправдывал свою фамилию, «перелетая» с места на место с такой невообразимой скоростью, что все удары Смерти приходились по воздуху. Вот только что, казалось, появился Вася в чьем-нибудь офисе, к примеру, – тут же следовал удар, но Полетайкин в этот миг уже «улетел» в другой офис. Времени на сон он, похоже, не тратил вовсе. То ли спал на ходу (если это мельтешение можно было назвать «ходом»), то ли как-то вообще обходился без сна – непонятно, но результат этого безобразия присутствовал: человек, который вторую неделю должен обивать пороги Чистилища, продолжал обивать пороги квартир, банков, офисов и тому подобных мест концентрации смертных.

Смерть и домой к нему приходила в облике налогового инспектора, и по друзьям Полетайкина прошлась под видом военкоматовского деятеля, и в офисах Васиных партнеров побывала в личине короткостриженного крепыша в кожаной куртке, спортивных штанах и кроссовках – любимом наряде Смерти в последние годы – все было безрезультатно. Вася Полетайкин был недостижим, как равноправие в животном мире.

Ничего не попишешь, придется на этого типа угробить завтрашний выходной, который случается у Смерти один раз в сто лет…

***

Вася Полетайкин заскочил на минуточку в кафе лизнуть коньяку, да так и застрял за столом. Что-то тупо болело внутри, усталость какая-то непонятная появилась. «Нет, нужно все-таки отдыхать иногда», – подумал Вася и решил полчасика до очередной встречи провести здесь, в кафе. Он заказал еще коньяку и расслабился, тупо глядя в бокал…

– Вот ты какой, Вася Полетайкин, – внезапно раздалось с противоположного конца стола. – Ну, здравствуй…

Шустрый Вася поднял голову. Напротив него сидела невысокая, жутко размалеванная косметикой девушка с потрясающе старыми глазами.

– Мы знакомы? – спросил он, перебирая в уме сотни лиц.

– Хм… вот сейчас и познакомимся, – хмыкнула странная девица. – Я тебя вторую неделю отловить пытаюсь. Можно подумать – мне делать больше нечего!

Полетайкин в свою очередь тоже хмыкнул под тихую музыку шансона.

– А что, есть чего? – «остроумно» пошутил он и добавил, – извини, не припомню – ты кто?

Очертания девушки размылись. Миг – и на ее месте возникла черная фигура с тенью вместо лица.

– Теперь узнаешь? – весомо спросила она.

Похолодевший Вася только закивал головой в ответ. Каждый ведь в состоянии разглядеть собственную смерть.

– Тогда пойдем, – кивнула в сторону выхода фигура, – или здесь предпочитаешь?

– Погоди, – с трудом произнес Полетайкин, лихорадочно соображая, что же делать, – как?.. – почему – я?

– Смерть – это не «почему?», и даже не «как?», – тоном гадалки заявила фигура, – смерть – это «когда?». Сейчас, Вася, сейчас…

– Нет, так не пойдет, – собрал в кучку разбежавшиеся мысли Полетайкин, – мне всего тридцать четыре, рано еще…

– Вот сходил бы месяц назад к врачу – мне меньше мороки было бы. А теперь поздно. Тебе ведь некогда все! К врачу – некогда, помереть – и то некогда. Ох, и побегала я за тобой! – пожаловалась Смерть, – никак не застать. Приходится на тебя свой выходной тратить, а он, чтоб ты знал, только раз в сто лет бывает. Знаешь, как тяжело подгадать, когда во всех войнах перемирие одновременно наступает, когда бандиты все отдыхают и водители трезвые… То-то…

– Погоди, – повторил Вася, нащупывая извилинами какую-то мысль, – если у тебя выходной, то куда торопиться? У тебя выходной, у меня – последний день жизни… давай отпразднуем, – неожиданно для самого себя предложил он.

– Пить не буду, – тут же заявила Смерть, – меня почему-то многие споить пытаются. Глупо это. Спиртное – один из моих любимых инструментов, какой смысл его против меня использовать?

– Зачем пить? – Полетайкин ощутил вдохновение. – Культурно отпразднуем. Ты в кино была?

– Была в прошлый выходной.

– А в театре? Хотя… наверняка была… О! – его осенило. – Ты рок-оперу слушала?

– Чего? – удивилась Смерть.

– Рок-оперу. «Звезда и Смерть Хоакина Мурьеты». Как раз к случаю! – радостно выпалил Вася.

– Звезда и Смерть? – задумалась его собеседница. – А что, мне нравится идея…

***

Через час Смерть, снова принявшая облик размалеванной (правда, теперь уже меньше) девицы, разглядывала с последнего ряда балкона собравшихся зрителей. Иногда ее руки тянулись к спрятанной в складке пространства косе, но каждый раз вовремя вспоминался выходной…

И вот погас свет, представление началось…

Накатанная рок-опера шла как обычно. Лишь иногда, давно знающие тексты чуть ли не наизусть зрители вздрагивали, когда в моменты появления на сцене Смерти, с балкона доносился одиночный, но очень громкий истеричный смех.

– Ой, весело-то как! – довольно заявила после спектакля Смерть. – Давай еще пойдем куда-нибудь.

– Сколько у нас времени? – деловито спросил Вася.

– До рассвета, – промурлыкала ему компаньонка.

– Так это совсем другое дело! – пропел Полетайкин. – Прошу, сударыня…

…В ближайшие часы парочку можно было видеть в боулинге, в ночном клубе, во многих других местах. Фаст-фуд Смерти понравился необычайно. «Хорошая затея!» – уверенно заявила она. Одобрила также и ночные гонки на автомобилях вслепую.

Посреди ночи Смерть решила внести свой вклад в празднование.

– Говори, куда бы ты хотел, – предложила она Полетайкину.

– В древнюю Японию, – не задумываясь, зачем-то брякнул тот.

– В какой именно век? – уточнила Смерть.

– А ты и вправду можешь? – вытаращил глаза Вася.

– Конечно! – усмехнулась напарница. – Смерть – вне времени. Со мной и тебе можно. Главное – не увлекаться. Пока мы с тобой в прошлом будем, время замрет. Не может время течь без Смерти…

Когда она договаривала фразу, Вася уже пялился на утонченную архитектуру древнего Киото… Осмотрев город, достаточно повосхищавшись, он спросил:

– А можно еще куда-нибудь?

– Да пожалуйста! – легко согласилась Смерть. – Можешь даже пожить жизнью древних…

…Вася Полетайкин увидел и попробовал многое. Он переходил Рубикон с Цезарем и строил пирамиды в Египте; встречал Колумба и отбивался от Атиллы; охотился на мамонтов и брел с Моисеем по пустыне… Он беседовал с Александром Невским и долго теребил свою память в пьяной беседе с любопытным малым по имени Нострадамус. Он открывал новые земли вместе с Куком и участвовал в рыцарских турнирах…

Страны мелькали перед глазами, эпохи танцевали стриптиз.

Когда с тобою Смерть, можно не опасаться царапин. Вася сражался и путешествовал, бросался в такие авантюры, к которым никто и близко бы не подошел.

Он не старел. Его время еще не пришло…

Как-то в Венеции, то ли шестнадцатого, то ли семнадцатого века, сидя на берегу канала за бутылочкой вина, Смерть спросила у него в очередной раз:

– Куда ты еще хочешь?

Вася задумался.

– Сколько мы с тобою здесь, в прошлом? – спросил он.

– Сто шестнадцать лет… – был ответ.

– Неплохо для умирающего, – усмехнулся Полетайкин. – Но знаешь, я устал. Я готов умереть. И я хочу умереть…

– Ты уверен? – пытливо глянула на него Смерть.

– Да, я уверен, – устало произнес Василий. – Не каждому удается в миг смерти прожить долгую жизнь. Да и твой выходной затянулся…

…Смерть, в облике девушки, сидела напротив него в кафе и грустно смотрела перед собой.

– Да, мой выходной затянулся. Но знаешь, это был самый лучший выходной.

Смерть еще раз глянула в Васины глаза, улыбнулась и, со словами: «Прощай, дружище», взмахнула косой. После чего допила из бокала коньяк и, прищурившись куда-то в будущее, задумчиво произнесла: “Как ты сказал? – “не каждому удается в миг смерти прожить долгую жизнь…” Ведь это – идея…”

(с) 7-korov (Джей)


|



Оставить комментарий